Luigi Russolo Contest 2014

Luigi Russolo Contest 2014
Studio Forum / Monochrome Vision, 2014

1. John Nichols III (USA) - Age
2. Loise Bulot (FR) - Kali-yuga
3. Sunjin Lee (South Korea) - Les ailes
4. Franco Alberto Pellini (ARG) - Foret
5. Pietro Dossena (IT) - Santa Barbara portrait
6. Wen Bihe (China) - Vague Image
7. Rocio Cano Valino (ARG) - El sendero hacia lo profundo
8. SiJ (RU) - Few moments from the surrounding world

Два года назад исполнилось 100 лет с момента провозглашения итальянцем Луиджи Руссоло своего "Искусства Шумов". Этот манифест до сих пор остается если не библией, то по крайней мере солидным подспорьем в мотивации и оправдании шумотворества, да и академический статус шумовая музыка завоевала во многом благодаря ему. Нет, мы конечно живем в эпоху, когда благодаря интернету можно найти каких угодно композиторов и исполнителей, от самых маргинальных, до самых "высокоакадемических", но жизнь государственных учреждений все еще недостаточно в это вовлечена. Все же где-то авторитетность источников, историческая справка и список использованной литературы все еще значат гораздо больше, чем количество лайков на фейсбуке и число слушателей на last.fm. Я отнюдь не хочу сказать, что одно хорошо, а другое плохое, главное то, что эти два, казалось бы таких разных, мира в последние годы взаимодействуют все больше. Весомое тому доказательство - этот диск. Признаюсь честно, единственное знакомое мне имя в треклисте - это севастополец SiJ, все остальные исполнители оказались для меня открытием. Поиск по каждому из имен приводит на персональный сайт, где можно увидеть список наград и номинаций, участие во всевозможных фестивалях, создание инсталляций и арт-объектов, международные форумы и конференции... Все это создает впечатление какой-то параллельной вселенной, география которой лично для меня представляет собой набор гигантский белых пятен.

На данном диске, как можно догадаться из названия, представлены работы победителей и финалистов конкурса шумовой музыки имени Руссоло, и, слушая его, эта параллельная музыкальная вселенная перестает казаться такой уж далекой. Каждая из композиций - грамотно выстроенная, тщательно проработанная musique concrete в самых разнообразных её формах. Не стоит ждать от сборника агрессивного шума, хотя весьма мощные моменты на нем и присутствуют. Собственно, произведение победителя по имени John Nichols III, трек "Age" - насыщенное путешествие сквозь непрерывно меняющий свою геометрию ландшафт. Искажения "стрелы времени" в пространстве этой композиции можно сравнить с поведением элементарных частиц в экстремальных условиях космоса. Впрочем, это отнюдь не "космическая" музыка, а скорее математика общей теории относительности, выраженная в звуках. Работа с пространством, внимание к особенностям восприятия, зависящим от контекста - самые актуальные в настоящее время области исследования, и музыка на диске показывает как люди из самых разных стран к этим вопросам подходят. Активное использование полевых записей, постоянная игра между тихим и громким, музыкальным и совершенно случайным - постепенно погружаешься в это все глубже. В своем манифесте Руссоло говорит, что «...шум, достигая нас запутанными и беспорядочными путями из-за беспорядочного сумбура нашей жизни, никогда полностью не раскрывается для нас и держит в запасе неисчислимые сюрпризы.» И действительно, даже самые простые, казалось бы повседневные звуки, раскрываются совершенно другими измерениями смысла и ощущения, стоит лишь их поместить в другой, отличный от изначального контекст - внутрь композиции, в тело шумового организма, живущего по своим законам. И, хотя Луиджи Руссоло неизменно называют футуристом, то, что из его идей развилось в наше время - натуральный постмодерн. А горизонт и не думает приближаться.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Принять участие в конкурсе шумовой музыки им. Луиджи Руссоло может каждый желающий. С правилами и условиями можно ознакомиться здесь, также можно обратиться к Дмитрию Васильеву (лейбл Monochrome Vision), который является одним из кураторов конкурса.

Monofest review

Monofest: Peopalop, АСТМА, John Grzinich, Pacific 231, Leutenant Caramel

Sevastopol, 30.08.2013

monofest.org

Из всех посещенных за последний год концертов, Монофест оказался самым впечатляющим даже не сколько в плане самой музыки, но в плане ее подачи. К формату сцена-зрители все давно привыкли и он продолжает быть доминирующим во многих жанрах любой, даже самой экспериментальной музыки, несмотря на то, что уже давно были опробованы другие способы взаимодействия музыки и слушателя. Имеется в виду формат инсталляции, различные интерактивные и мультимедийные проекты, которые проводились и проводятся по всему миру, но почему-то остаются в рамках исключительно своего, «выставочного» пространства. В первую очередь Монофест порадовал лекцией, проведенной перед выступлениями музыкантов, она оказалась достаточно уютной и познавательной, хоть и рассказывали там в основном о вещах, которые человек интересующийся сам может найти в интернете. Но, как известно рыться в свалке далеко не каждый готов, потому я считаю такой формат лекции более чем необходимым, ведь на ней человек не особо знакомый с музыкой выступавших иностранцев мог не только составить себе впечатление о том, с чем собственно придется иметь дело, но и получить вектор интереса в самые разные области современного искусства.

Вторая очень приятная неожиданность по поводу севастопольского Монофеста – посещаемость. Зная о том, что в Киеве его посетило от силы два десятка человек, было приятно видеть полный зал в не таком уж активном в плане экспериментальной музыки Севастополе.  Первыми играли местные ребята под сложнопроизносимым именем Peopalop и это было похоже на долгое вытягивания чертика из коробочки. То, что обычно электронные музыканты выливают на слушателя шумной волной, казалось звучащим из замочной скважины – случайные повороты ручек на небольшой коробочке и затяжные исследования возможностей педали дилея.

Однослойная электроника на границе с лоу-файным нойзом особо отчетливо проявила свою незатейливость, когда севастопольцев на сцене сменили АСТМА – дуэт одного из ведущих российских шумовиков Алексея Борисова и Ольги Носовой. Их звучание оказалось приятно насыщенным электроакустическими хитросплетениями, пронзительной чистоты кристаллами звуковых конструкций, голосами и даже электронным (пусть и весьма абстрактным) битом. Водоворот увлекательный, но сложноанализируемый в виду своей бесконечной подвижности. Короткий сет только упрочнил сложившееся впечатление – музыка дуэта создана не для разбора по полочкам, а скорее для диссоциативного расслоения слушателя и слушаемого в некий абстрактный конгломерат самоорганизующихся структур. Хорошая музыка для сопровождения лекций по термодинамическим процессам и теории хаоса.

АСТМА

Далее последовала достаточно долгая пауза, которая оказалась не технической заминкой, а простым ожиданием момента, когда шум в зале утихнет настолько, чтобы ненавязчивый голос Джона Гжинича (John Grzinich) мог сказать: «Если вы разговариваете, вы не слушаете». После этого половина зала навострила уши, но уровень шума оставался достаточно высоким, так что Джон продолжил: «Если вы не слушаете, вы не слышите»... «Если вы не слышите, вас здесь нет» (Интересная игра слов на английском – If you not hear, you not here). После этих слов, произнесенных тихо и ненавязчиво, словно старинное заклинание, зал погрузился в тишину и в течении нескольких минут формально ничего не происходило. Но фактически происходила весьма важная вещь – каждый из присутствующих осознал, насколько легко каждое его действие может повлиять на хрупкую тишину. Сдавленные покашливания, стыдливый шепот, поскрипывание стульев – вся эта бытовая суета ощущалась особенно остро, и слушатель, осознавший как много на самом деле звуков его окружают ежесекундно, оказался готов к музыке Джона Гжинича. Начавшись с легких шорохов полевых записей и едва заметного гула, она быстро, хоть и плавно наращивала слоистость своей структуры. К протяжным дронам начала примешиваться резонансная картина наложения обертонов, создавая пространство, подобное высокоэнергетичному полю. Ближе к кульминации толща этого потока стала океанической, насыщение достигло космических значений, казалось будто весь зал путешествует сквозь пространство и время на скорости света. В какой-то момент мое восприятие оказалось за гранью любых образов и создалось ощущение безвременности, полной статики, абсолютной пустоты. Это не было резким переходом, это было очевидным следствием бесконечного наращивания мощности звука. Трансценденция, в реальном мире длившаяся, скорее всего, не больше секунды, оказалась вечностью для меня. По-настоящему фантастическое переживание, что-то сродни мистическому опыту полного растворения собственного «Я» в бесконечности...

John Grzinich

Переживать подобное приходится нечасто, поэтому остаток сета Джона для меня прошел в радостном, может быть даже эйфоричном восхищении, которое только усилилось благодаря его манипуляциям со слушателями – он расхаживал между рядами с портативным динамиком, из которого доносились легкие шорохи природных полевых записей, раскладывал в разных местах зала диктофоны, из динамиков которых шумели морские волны и стрекотали насекомые... Все это создавало небывалое ощущение огромного пространства, широко распахнутого мира, где воображение и реальность сливаются в один творческий поток. По-настоящему мощное слияние слушателя со звуком, именно тот случай, когда небольшой зал превращается в инсталляцию, где за несколько десятков минут можно успеть побывать в самых различных уголках Вселенной. Что особенно приятно, это то, что Джон бесконечно влюблен в природу, в музыку трав и насекомых, листьев и веток, дождя и ветра. После любых путешествий он возвращается домой, на залитую солнечным светом поляну позади дома.

Признаюсь, волны щенячьего восторга после перфоманса Гжинича были настолько сильными, что воспринимать что либо еще было сложно, посему выступление Leutenant Caramel и Pacific 231 показалось не более чем хаотичным набором сэмплов. Впрочем, понять конкретную музыку мне не удавалось никогда. Чередование бытовых стуков и скрежетов с голосами людей, звуками города и обрывками музыкальных фраз выглядело абсолютно бессмысленным и даже раздражительно навязчивым. Создавалось впечатление будто кто-то щелкает каналы телевизора в сопровождении городского шума из окна, не особо задумываясь при этом чтО и зачем происходит. Впрочем, ситуация вполне типичная для постмодернистского искусства, удивляться нечему. Непонятно было куда подевалась индустриально-этническая эстетика Pacific 231, которая очень даже вдохновляющим образом была реализована им на работах с Vox Populi! и Rapoon, также и близко не было ничего, напоминающего эмбиент или электроакустику. Впрочем, урбанистическое мракобесие французов наглядно показало контраст между тем, что может создать музыкант, вдохновляясь природыми источниками и что получается у тех, кто слишком много времени провел в исследовательских институтах и профессионально оснащенных студиях.

Pacific 231 + Lieutenant Caramel

Уровень абстракции растет, создавая гигансткий разрыв между музыкальным произведением и его интерпретацией, списывая все на постмодернистское упразднение субъекта, но зияющая пустота остается. Автор надеется, что слушатель сам наполнит ее смыслом, но слушатель слишком перегружен подобными «пустотами», чтобы тратить свое время. В итоге музыка подобного толка становится уделом малочисленных любителей вдумчивого анализа, который сам по себе всегда обеспечивает удовлетворение от прослушивания чего-либо абстрактного, ведь поле действия переносится с музыки в сознание. Где здесь взаимосвязь автора и слушателя, звука и пространства – остается неясным, ведь слишком многое додумывается каждым из участников цепочки «автор-слушатель»...

Говоря о мероприятии в целом хочется отметить высокий уровень организации, приятную обстановку и отличный звук, что несомненно сыграло свою роль. Выступления проектов проходили на должном уровне и каждый показал то, что хотел, и, судя по разговорам публики после концерта, каждый услышал что-то для себя, осознал что-то новое для дальнейшего размышления и осмысления – а это и есть именно те вещи, ради которых современная музыка и существует. Поэтому хочется от всей души поблагодарить организаторов фестиваля за возможность слышать, слушать, узнавать и познавать это здесь, в Украине. А всем, кто мероприятие пропустил, рекомендую не упустить шанс побывать на Монофесте в следующем году.

Слева направао: организатор фестиваля Дмитрий Васильев (IEM Podcast),
Филипп Бланшар (Lieutenant Caramel), Джон Гжинич (Jgrzinich) и Влад Сикач (SiJ).

Теплый ламповый Quasipop

Статья для kievreport.com


Музыка приходит к слушателю через носитель. The medium is the message, культура носителей настолько глубоко интегрирована с процессом появления на свет новой музыки, что без нее саму музыку рассматривать сложно. Как творчество неотвратимо несет образ создателя, так пластинка, кассета или компакт бессмысленны без содержания, и должны находиться в гармонии с ним. Уже поздно пытаться понять, насколько материальный носитель виноват в формировании какого-либо стиля музыки, но то, что такие случаи неоднократны, сомневаться трудно. Что-то подобное могло произойти с киевским лейблом Quasipop, если не 10 лет назад, когда он лишь появился, то в последние годы так точно.

Эдвард Сол, идеолог лейбла Quasipop, выступает в ЛабКомбинате

Для возникновения любого музыкального направления нужна история, какая-то легенда или памятное событие — то, что любят именовать «концепцией». Слово это модное уже не первый десяток лет и такое приятное ушам тысячам музыкантов, такая своеобразная расплывчатая, легкая, но емкая похвала интеллектуальным замыслам создателя. Но кажется совсем неуместным употреблять этот термин, когда речь идет о настоящей, правдивой истории. Концепция — то, что рождается в попытке создать интеллектуальный багаж, такой себе бонус к звуку. В результате имеем не музыку, а плотно упакованный и обклеенный марками пакет информации, который может простоять на полке пару лет, так и не будучи прослушанным.

Таким образом, желаемая «концепция» — простая крайность, противоположность которой — мр3 релиз на нет-лейбле, с названиями песен вроде Track 11. Любая музыка может найти слушателя, но в этих завалах звуковых дорожек на любой вкус быстро становится скучно. Все равно, что долго рыться на барахолке, в надежде найти что-то стоящее и находить лишь хлам. Пусть хоть даром отдают. Рано или поздно возникает желание зайти в интересный магазин, где каждая вещь на своем месте. Понятное дело, в Киеве искать такие места бесполезно, все равно музыкальная жизнь идет в интернете. Вот тут сегодняшние меломаны могут найти все, вплоть до желания выбраться из этой паутины. Тогда на помощь приходит старый проигрыватель, советский кассетный магнитофон и вообще любые подручные технические средства, могущие спасти человека от холода единичек и нулей, ощутить воспетый (в интернете, кстати) «теплый ламповый звук». Можно прожить всю жизнь в таком состоянии, если ни разу не ставить вопрос, в чем же преимущество перемотки кассеты карандашом перед фубаром с плагинами? Характерную приятность звучания винила мало кто станет оспаривать, но почему это не работает, если слушать винил-рип, скачанный на приватном торрент-трекере?

Особенность интернета, как источника музыки в том, что можно не заметить, что происходит у тебя под носом. Интересно было бы сравнить количество людей в Украине, слушающих электроакустику, нойз, импровизационный фолк и знающих о существовании лейбла Quasipop? Вряд ли будет преувеличением сказать, что лейблы нашей страны, занимающиеся экспериментальной музыкой, можно посчитать на пальцах, и одним из первых был по-настоящему домашний Quasipop. Эдуард Соломыкин, известный под псевдонимом Edward Sol, в одиночку прокладывает путь для андеграунда через завалы модной и популярной музыки. Но не стоит думать, будто кто-то с кем-то борется, само название «Quasipop» кажется наглядным пояснением того, насколько разграничены миры разный музыкальных направлений. Этот лейбл — спасение как для тех, кто пластинки слушать не переставал, еще и продолжает интересоваться экспериментальной сценой, так и для уставшего от интернетов меломана. Здесь самые разнообразные исполнители на самых разнообразных носителях каким-то образом уживаются под одной крышей. Диапазон вкусов куратора лейбла простирается от эмбиента и фолка (SKLS, Naoki Ishida, Библиотека Просперо, Volcano The Bear), до нойза, саунд-коллажей и конкретной музыки, как от японских патриархов (Merzbow, KK Null, Astro), так и европейских (Pruient, Jorgen Knudsen). Хотя неожиданно можно обнаружить хоррор-серф от Messer Chups, свободный джаз от Лассе Мархауга или нечто вовсе неклассифицируемое.

Перейдя в последнее время на кассеты и семидюймовки, Эдуард заметно активизировался: количество издаваемого материала возросло, а оформление и подача каждого релиза остались неизменными. Продуманный дизайн (многие издания Эд оформляет лично) уверенно держит баланс на грани между DIY и серьезным изданием. К каждому продукту Quasipop можно применить слово «концепция», но это будет лишь часть правды или даже ложь. Скорее уместно говорить о «медиа», том самом «message», которое не обременяет слушателя интеллектуальностью или нагромождением символов, а просто общается с ним. В этом и задача материального носителя — быть посредником, но не самим посланием; разъяснением, но не усложнением. Можно играть со слушателем в игру, можно загадывать загадки, но только если музыка может дать ответы, а не бумага в которую она завернута.

Один из самых свежих релизов Quasipop

Другой, более интенсивный способ общения со слушателем — концерты. Их у нас не больше чем лейблов, поэтому каждый намечающийся концерт непривычной Киеву музыки ожидается с нетерпением. Edward Sol, после долгого перерыва возобновил выступления, а августе организовал мини-тур по городам Украины с норвежцем Sindre Bjerga, и под конец сентября был обещан в столице, в реинкарнировавшемся ЛабКомбинате. Компанию ему составили The Cat’s Orchestra и Mpala Garoo — два молодых исполнителя из России. На концерте они решили объединить усилия и выступить вместе, что оказалось неудачной затеей, так как вместо обещанных «тропикалий» и «ритуального серфа», слушатели получили около часа скомканного, приглушенного и негармоничного дрона, отдававшего сыростью первых альбомов Maeror Tri. Контраст между ожидаемым и полученным подчеркивал холодный гараж с бетонный полом в котором все и происходило. И без того немногочисленная публика не выражала какого-либо энтузиазма, и на выставленные на продажу приятного вида кассеты, мини-диски и CD-R поглядывала с недоверием и опаской. Но атмосфера изменилась с первыми звуками выступления Edward Sol. Сначала это была резкая, громкая и непредсказуемая конкретная музыка, иногда переходящая в нойз. Богатство образов и непрерывное движение — две главных составляющих этого потока звуков, которые Эд извлекает из кассет с полевыми записями, контактных микрофонов, гитарных педалей и еще множества различной техники. И если вначале это движение шло по траекториям, изгибавшимся под невероятными углами, то ближе к концу все пошло по прямой, плотным, многослойным и пульсирующим дроном. Этого хватило, чтобы окупить все недостатки вечера. Несмотря на то, что музыка для Эдварда в первую очередь дело очень личное и кропотливое, она умеет общаться со слушателем, рассказывать ему что-то новое, заинтересовать, загадать загадку или удивить. Да-да, все правильно, именно музыка общается с вами, не музыкант. Наверное, вот это и называется талантом, а может быть это просто искренность.

Фрагмент выступления Эдварда в Лабкомбинате

Конечно, не стоит думать, что больше никто не поддерживает тусклый свет андеграунда в темных коридорах нашей страны. В последние годы появились такие лейблы, как~taqueOT и Turbinicarpus, подход к делу у которых во многом перекликается с Quasipop. Там можно найти не только экспериментальную электронику и эмбиент, но даже таких диковинных зверей, как академический минимализм, саунд-коллаж и свободную импровизацию. Небольшие, но красивые полянки для ценителей искреннего творчества, неиспорченного рекламой, «концепцией» или «признанием». Человек гораздо больше внимания уделяет музыке, которую он сам нашел, поставил в проигрыватель и вместо того чтобы продолжать серфинг в Сети, сидит и рассматривает конверт, буклет, открытки и вкладыши. Часто лишь несколько минут такого ритуала дают связь со слушателем более сильную чем часы музыки прошедшей фоном. Хороший носитель умеет привлекать внимание к содержимому, соблазнив на покупку, отличный же — обратив внимание внутрь музыки, к вдохновению автора.

Пусть у нас нет сцены и концертов, мало публики и всего несколько лейблов, но стоит помнить, что не нужно далеко идти в поисках качественного «медиа», исполнители со своего мира издаются и в нашей стране. Если появится слушатель, воспринимающий музыку не как сырье для потребления, но как способ общения и развития, то будут и интересные концерты, и хорошие лейблы и вообще все, о чем пока можно лишь мечтать.

Официальный сайт лейбла: Quasipop.org
Организатор концерта в Лабкомбинате - AzhPromo